Глава 3
 Билет  до станции  под названием "Куда-нибудь"

Реальность

Вера не верила своим глазам. Очередь в кассы предварительной продажи билетов растянулась на десять кварталов. Над толпой ожидающих разносился гул, словно это были не человеческие голоса, а рой пчел.
Но чем ближе подходила женщина к кассам в надежде встретить хоть кого-то из знакомых, тем становилось тише. Чем ближе было к кассам, тем тише становилось в очереди. И наступил момент, когда Вера, не веря своим ушам, в которых звенела гудящая тишина, подошла почти вплотную к окошкам, куда каждую секунду протягивались молящие билета руки. Где-то в районе середины последнего квартала к кассам она встретила знакомого. Тот приложил палец к губам и поманил женщину к себе. Вера сунула ему все имеющиеся деньги.
Она только открыла рот, чтобы попросить его взять ей билеты в Харьков, как знакомый прошептал недовольно: — Тише, все знаю, деньги давай, а там посмотрим. Я тебе, как и себе возьму билет до новой станции под названием «Куда-нибудь».
— Как это? — у Вероники чуть челюсть не отвалилась от удивления.
— Ни о чем не спрашивай, стань в сторонке и жди, когда отойду от кассы.
— Ненормальный, — Вероника вырвала деньги из ладони знакомого, в которую только что их поместила с мольбой.
Она подошла вплотную к кассе. Тут атмосфера была накалена настолько, что воздух просто обжигал, насыщенный нечеловеческим напряжением.
Внезапно мелькнул знакомый профиль, и ее позвали.
— Толик, ты?! — женщина не верила своим глазам.
Ее близкий друг стоял почти у самого окошка, откуда выдавали спасительные бумажки, которые были сейчас на вес золота.
— Давай...
— Едва женщина успела всунуть в руку Толику деньги, как тот оказался первым в очереди.
Она услышала такое, какое никогда в жизни не услышала и возможно уже не услышит:
— Мне три билета.
В следующее мгновение Толика оттолкнули от кассы, но он успел схватить протянутые кассиршей билеты. Кто-то из толпы попытался вырвать из рук Анатолия индульгернции на свободу, но он держал их мертвой хваткой.

— Иди сюда, — отвел в сторону Анатолий знакомую. — Давай разберемся. То мои два билета, а это — твой.
— Как мой? — удивленно посмотрела на него Вероника. — Я же тебе столько денег дала и просила до Харькова, — она совсем растерялась.
— Ты что, не видишь, что творится? Здесь берут билеты куда-нибудь, скоро город взлетит вслед за Чернобылем!
Вероника не успела даже поблагодарить друга, как его и след простыл.
Она с удивлением смотрела на билет, где было написано: на четыре человека и стояло четыре печати.
— Дожили! Это настоящая война!
— Правильно заметили, — сказал стоящий рядом старик с палочкой. Вероника даже не заметила, что произнесла фразу вслух.
— А как же мне уехать в Харьков с детьми на один билет?
— Милая, — продолжил старик, — сейчас люди идут к нужному поезду и проходят в вагон на свое купленное место. Вот у вас 4 сидячих, — он рассмотрел бумажку, приблизив к глазам. — Вам нужно в Харьков, значит, подойдете к поезду и, если хватит мест, уедете.
— Как это хватит мест? У меня же билет!
Старик осклабился:
— Некогда мне вам объяснять, время такое, ситуация приближенная к военному времени.
— Так ничего же не объявляли!
— И не объявят. Сейчас все живут по правилу: «Спасайся, кто может!»